История возникновения сказки

Учит без скучных наставлений, просто показывает, что может произойти, если человек поступает плохо, не по совести. В этом отношении Буслаев далеко превосходит Гриммов. Волк - это символ мира неведомого, страшного, хищного и жестокого. Блестящий ориенталист и лингвист, Бенфей владеет языками и материалами индийскими, монгольскими, древне-иранскими, сирийскими, арабскими, древнееврейскими, ан­тичными, византийскими, романо-греческими. Историческое общение не всегда приводит к заимствованию фольклора. Но мифическое родство его рке потеряно в памяти народа: он сын уже не Русалки или ка­кой-нибудь вещей Девы — белой лебеди, а простой смерт­ной; и гусь-лебедь, хотя понимает его речи,—уже не брат ему» Там же, с. Так, сюжеты, при­шедшие из Византии или из Польши например, "Gesta Romanorum" , сами могут быть иного происхождения. Некоторые наши рождественские песни, если бы мы обнаружили их две тысячи лет назад и ничего не знали бы о христианстве, были бы для нас совершенно непонятны. Братья Гримм впервые поставили проблему, которая будет занимать науку в течение целого столетия — проблему сходства. Передаточными пунктами при переходе восточных сказа­ний в Европу были Византия, Италия и — через Африку — Испания. Другие образовались под влиянием греческих мифов, но сами греки свои мифологические «выдумки» принесли из Азии. И братья ее вроде как не слямзили, как сказал бы Зощенко, у предшественника, а услышали то ли от экономки в доме будущей жены Гримма-младшего, то ли от знакомой дамы французского происхождения.

Веселовский устанавливает посредст­вующие звенья и сроки перехода. Мнение Бессонова встретило суровую оценку рке со стороны некоторых его современников. Пы­пин понимал также, что установление источника и выясне­ние «литературной истории» сюжета еще ничего не говорят о его генезисе, что это две различные проблемы. Однако это был интерес не к народ­ной сказке, а к рыцарским романам типа французских, по­мещенных во французских «Библиотеках»109. Таким образом, взгляды Сахарова сводятся к тому, что сказ­ками вызывается любовь ко всему старинному и истинно русскому, в противоположность всему новому и иноземному, чему объявляется война и что Сахаров ненавидит. Сказка интересовала не только как таковая, не только как явление современности, которое нркно взять на учет, собрать, описать. До какой степени вопрос о составе сказочного эпоса, о его жанрах и их отношении друг к другу был еще не ясен даже в начале XX века, показывает составленный А. Анонимный автор статьи «Взгляд на повести или сказки» журнал «Патриот», 1804 заявляет, что Карамзин следовал Мармонтелю в писании сказок.

Улисса можно сравнить с героями-трикстерами в мифах других народов. Иначе поставлен вопрос в работе «Жанры русской сказ­ки» Никифоров, 1938, 233—259. «Причины понятны: народ всего более терпел от неурядиц и произвола феодалов, от массы зла, которая обрушивалась на него невесть откуда в виде голода, неурожаев и неприятельских погромов. Методы ее и выводы частично уже были известны по первому изданию сказок, где комментарии были более обширны, чем в последующих из­даниях. Этой системы придерживались с добавлением сказок о мертвецах А. Ловкий, находчивый, смелый, веселый, неунывающий, всё знающий и всё умеющий. Таким образом, архетипический опыт получал развитие в форме слухов или молвы. Здесь можно упомянуть, что и Пушкин определял сказку через другой жанр, а именно через поэму: «Что за прелесть эти сказки!

Тем не менее вопрос представляет историографический интерес, отражая степень и характер понимания сказки в различные эпохи. XVI , деревьев гл. В ко­лоссальном труде Клоустона собран драгоценнейший матери­ал по отдельным мотивам и сюжетам шапка-невидимка, животные, производящие золото, благодарные животные и т. Согласно данным, приводимым в книге Лоренца ван дер Поста "Сердце охотника" Laurens van der Post The Heart of the Hunter , около 80% сказок бушменов - о животных. В их трудах до­минируют проблемы прошлого, изучаемого в системе индо­европейской теории, о чем мы скажем ниже.

Широко распростра­нено мнение, будто Буслаев является подражателем братьев Гримм, что он перенес их учение на русскую почву и приме­нил его к русскому материалу. С 40-х годов центр тяжести изучения сказки с разных позиций и разными методами переносится на изучение ее прошлого. Для него сказочный Иван — представитель языческой Руси, что доказывается со­вершенно фантастическими способами вроде лжефилологи­ческого разбора имени «Иван» и характеристики его распро­странения , далее этот русский Иван вступает в новый период своей жизни — былинный. Баба-Яга не съедает и не убивает практически во всех сказках. Вопросы жанра для мифологов не имели актуального значения. Каждый из этих разрядов делится на подразряды. Тем более не признавали себя побежденными сами мифологи ни в Запад­ной Европе, ни у нас.

Официальный сайт электронной библиотеки
dver-centr.ru © 1999—2016 Электронаая библиотека